Шляпа Челентано

Христос воскресе! Это не приветствие. Это пароль. Воистину воскресе! Ответил - значит свой. Не ответил - значит чужой, или атеист, или просто не расслышал, потому что рядом куличи и все заняты важным.

Сорок лет советские и российские дети читали "Вредные советы". Нормально выросли. Некоторые даже в генералов, которые теперь Остера и проверяют. На предмет сомнительных педагогических установок. Устан

В двадцать пять - за любовь. В тридцать пять - за успех. В сорок пять - за здоровье, и уже без улыбки. Под шестьдесят - за то, чтобы стоя. Тост стареет вместе с тобой. Сначала - длинный, с паузой, с

Друзья мои! Как всегда неожиданно, как всегда впопыхах, но пришлось работать аврально и безвинно. Во вторник возвращаюсь, и событие сие греет душу и сердце. До встречи!

👆👆👆👆👆👆👆👆👆👆👆👆👆Израиль в этой истории - стартер. Завёл мотор и глушить не собирается. Потому что знает: заглохнет - не заведёт снова. Задача минимум - лояльная власть в Тегеране, которая не

Христос воскресе, братья и сёстры! Пусть у каждого найдётся что-то легче, чище и чуть важнее, чем вчера. С праздником Светлой Пасхи!

Говорят, от Орбана устали. Мол, двадцать лет - это много. Хотя мы-то знаем, устают не от всех. Есть человечища, от которых не устают принципиально. Четверть века - а всё незаменимый. Переизбирается -

Когда ставится задача написать безупречно правильный текст, изобретать ничего не требуется. Достаточно открыть нужную прессу и переписывать, не мешая процедуре собственными рефлексиями. Там пишут: "Мы

- Джон, а что там с нашим пилотом? - Сэр, мы не могли позволить иранцам его захватить. - Вы его спасли, Джон? - Нет, сэр, но мы накрыли место его приземления бомбами. Спустя время. - Джон, мне сообщи

Видит как-то Трамп сон. Он в парикмахерской. В соседнем кресле сидит Бог и говорит парикмахеру: "Давай-ка, сын мой, состриги мне нимб и сделай причёску, как у этого", - тычет пальцем в Трампа. Тут Тра